fa72299d     

Таманцев Андрей - Солдаты Удачи 14



АНДРЕЙ ТАМАНЦЕВ
ТОЧКА ВОЗВРАТА
(СОЛДАТЫ УДАЧИ-14)
В романах серии «Солдаты удачи» все события взяты из жизни. Мы изменили только имена героев. Почему? Это нетрудно понять: слишком тяжела и опасна их работа.

Каждый из них всегда на прицеле, вероятность избежать смерти приближается к нулю... Имеем ли мы право лишать таких людей надежды на завтрашний день?..
У «солдат удачи», отважных парней из команды Сергея Пастухова, новое задание. Им поручено найти и обезвредить обосновавшийся в Западной Украине лагерь подготовки чеченских террористов. Но обычная на первый взгляд операция может внести разлад в российско-украинские отношения и даже привести к международному скандалу — смерти виднейшего человека планеты...
Вы все хотели жить смолоду,
Вы все хотели быть вечными —
И вот войной перемолоты,
Ну а в церквах стали свечками.
А.Чикунов
Троицын день
Праздничная служба подходила к концу. Отец Андрей прочел отпуст и ушел в алтарь, молоденький пономарь, сбиваясь, забубнил из часослова, прихожане зашевелились, кто-то потянулся к выходу, кто-то подошел ближе к амвону.
Бабы Мани, тети Клавы — горстка старух — бедная паства нашего спас-заулского батюшки. Из людей помоложе в церкви были только мы. Пять человек, которые только что вошли и стали в сторонке, дожидаясь конца литургии.

Мы ждали, когда освободиться священник. Мы — лейтенант Олег
Мухин, старший лейтенант Семен Злотников, старший лейтенант Дмитрий Хохлов, капитан медицинской службы Иван Перегудов и я, капитан Сергей Пастухов. Все
— офицеры спецназа. Бывшие. Бывшие капитаны, лейтенанты, старлеи...
Я зашел по делу: обещал нашему настоятелю поправить колоколенку, а ребята просто так увязались со мной — под предлогом того, что не хотят, мол, меня никуда отпускать одного. На самом деле просто не хотели без меня начинать чистить картошку.
Я оглянулся. В храм кто-то вошел, но кто — в тусклом свете паникадил было не разобрать. Вошедший бочком пробрался в дальний от нас угол и пристроился у свечного ящика.

Я чувствовал на себе его взгляд. Не был этот взгляд недобрым, но я уже знал, что стоит мне оглянуться — и праздник кончится.
Хорошо еще, что жена Ольга и дочь Настена вот уже три дня как на югах.
Нездоровилось дочке всю зиму, вот я с первыми летними днями и отправил их с женой в Сочи. Будь они здесь, Ольга сразу бы почувствовала тревогу. Пришел кто-то, кто может помешать ее счастью.

Нашему счастью.
Я подошел к свечному ящику. Неброско одетый немолодой мужчина шагнул мне на встречу, вышел из тени. Кивнул — мол, поговорим на улице, — а сам опустил деньги в щель ящика и взял с лотка семь свечей.

В нашей бедной церкви нет человека, торгующего свечами, утварью и церковной литературой.
Свечи лежат возле ящика для пожертвований. Жертвуй денег, сколько можешь, и бери свечей, сколько надо. Пять свечей я поставил перед образом Георгия
Победоносца. За здравие свое и своих друзей. Праздник кончился. Здравие нам теперь ох как понадобится.

И две свечи — за упокой, перед печальным бронзовым распятием. Помяни, Господи, души усопших рабов твоих Тимофея
Варпаховского и Николая Ухова. Русских солдат.
Когда отец Андрей вышел из алтаря и начал праздничную проповедь, нас уже не было в храме. Простите, отец Андрей, но звонницу я вам поправлю как-нибудь попозже. В другой раз.

Я покидал украшенный березовыми ветвями храм последним, под его слова «...Дух Святый, от Отца исходит, на Сыне почивает...».
Ребята ждали меня во дворе. Тот, кто пришел позже, тоже был с ними.
— Здравия желаю, товарищ генерал-майо



Назад